Восточный ветер несет войну — Перевод с итальянского, статья из газеты “Батталья коммуниста” номер 1-2, январь-февраль, 2007

Истоки борьбы за незавосимость в Южной Осетии и Абхазии

Видимые причины трений между Россией и Грузией, которые не позволяют этим двум государствам поддерживать добрососедские отношения, казалось бы кроются в сепаратизме Южной Осетии и Абхазии — двух республик традиционно тесно связанных с Россией. Но как мы увидим далее, другие причины — прежде всего контроль над энергитическими ресурсами Каспийского бассейна, а также транспортные артерии и связанные с ними доходы — лежат в основе проблемы.

В двух вышеназванных регионах и без того критическая ситуация, все время ухудшается. В Южной Осетии 12 ноября одновременно с президентскими выборами состоялся референдум по вопросу о признании независимости республики от ее выхода из-под контроля Тбилиси. Результаты референдума, который не был признан на международном уровне как и аналогичный ему, проведенный в 1992 году, показали, что 99% проголосовавших высказались за отделение от Грузии и проголосовали за Эдуарда Кокойты как президента самопровозглашенной республики. [1]

В Абхазии в Сухуми 6 декабря 35 тысяч человек приняли участие в манифестации, требуя провозглашения независимости республики. В тот же день нижняя палата российского парламента в двух отдельных чтениях высказалась за необходимость принять во внимание требования абхазского населения о независимости, равно как и результаты референдумa в Южной Осетии. [2]

Министр иностранных дел Грузии Гела Бежуашвили ранее предупреждал депутатов Думы, что подобные действия являются “очень серьезной ошибкой”, но председатель парламентской Комиссии по вопросам обороны и безопасности Гиви Таргамадзе заявил:

…рассмотрение этого вопроса исполнительной властью и принятие по нему решения — это уже другая плоскость. И мы прямо можем сказать, что принятие российскими властями такого решения будет напрямую расценено как объявление Грузии войны. [3]

Как Абхазия так и Южная Осетия — вместе с мусульманским анклавом Аджарией, где до сих пор расположена российская военная база — провозгласили себя независимыми сразу же после распада Советского Союза, в годы кровавых этнических конфликтов (когда на сцену впервые вышел пресловутый Басаев вместе с полевыми отрядами). В результате этих конфликтов число погибших достигло 25-30 тысяч, число беженцев 250 тысяч в регионе с населением в 4.5 миллиона жителей. Ситуация нормализовалась только после развертывания российских военных частей под эгидой ООН и установления проросийского режима. [4]

Многие обозреватели, комментируя обстновку в регионе, отмечают, что для того, чтобы иметь ясное представление о развитии ситуации на Кавказе нужно обратиться к событиям в Косово. [5]

Его независимость создает международный прецидент, противоречащий принципу невмешательства, преобладающий до настоящего момента, и на который ссылалось российское правительство, чтобы утихомирить критику, касающуюся методов, используемых в Чечне. Тот факт, что несмотря на тесные связи с Сербией Путин не выступает против независимости Косово, чтобы использовать те же самые принципы в отношении Грузии, нельзя не дооценивать: ставки в кавкзской игре очень крупные, и игроки готовы пренебречь так называемыми “нормами международного права”.

“Революция роз”

Ситуация внезапно ухудшилась в 2003 году, когда в результате “Революции роз” слабое и коррумпированное правительство Шеварднадзе было смещено новым, возглавленным ультра-националистом Саакашвили — смена режима, задуманная и подготовленная, прежде всего, правительством Соединенных Штатов, которое для такого случая направило в Тбилиси Ричарда Майлса, который был послом в Белграде во времена народных волнений, приведших к крушению режима Милошевича.

В последующие годы финансовые потоки из США шли рекой. К 130 млн. дол. полученным в 2004-2005 гг. были прибавлены 30 млн. в 2006 г. как “помощь для целей безопасности”. Другие 295.3 млн. долларов были получены Грузией в рамках программы “Millennium Challenge Corporation”, поддерживающей “развивающиеся страны с эффективным управлением”. Поскольку другие способы финансирования носят “менее формальный” характер, трудно назвать точную сумму так называемой “помощи”, но согласно некоторым оценкам она превышает 1 млрд. Долларов. [6]

Этот факт имел огромное значение для Грузии, страны, ВВП которой в 2005 году составил приблизительно 6.4 млрд. долл., а уровень жизни 54% населения согласно статистическим данным за 2001г. ниже уровня бедности. [7]

Эта помощь прежде всего позволила правительству Саакашвили модернизировать и укрепить вооруженные силы, увеличив расходы на армию на 143%, и выступать с угрозами в адрес России, что было бы невозможно без поддержки со стороны Соединенных Штатов. [8]

Коммерческие войны

В течение 2006г. данные события получили дальнейшее развитие. Уже в январе имели место первые столкновения, вызванные диверсией на газопроводе Моздок-Тбилиси и близлежащей линии электропередачи. Результат этой диверсии был весьма плачевен для жителей Грузии, оставшихся без отопления и электроэнергии в холодный зимний период. Россия и Грузия взаимно обвинили друг друга в осуществлении данной диверсии.

Далее, в марте, Россия наложила эмбарго на ввоз грузинских вин, официально мотивируя такое решение присутствием в вине пестицидов и частиц тяжелых металлов. Этот факт значительно отразился на экономике кавказской республики, так как Россия всегда предоставляла привелегированные условия на своем рынке для грузинских вин, потребляя 80% от всего обьема продукции. За “винной войной” те же проблемы коснулись и минеральной воды, другой важной статьи дохода для Грузии, а затем и эмбарго в отношении различных сельско-хозяйственных продуктов.

Со своей стороны Грузия всячески старается ущемить российские интересы, например, выступая против вступления России в ВТО (Всемирная Торговая Организация), именно в тот момент, когда был преодолено главное препятствие, то есть вето США.

21 ноября официальный Тбилиси заявил, что Россия получит согласие Грузии на ее вступление в ВТО, если Грузия получит контроль над КПП Адлер-Леселидзе между Россией и Абхазией, а также над Рокским тоннелем между Россией и Южной Осетией. Данные условия, естественно, неприемлемы для России. [9]

Кодорское ущелье

25 июля ввод грузинских вооруженных сил на территорию Кодорского ущелья — область Абхазии, населенная сванами — еще больше усложнила ситуацию. Грузинские военные отряды, оснащенные всеми возможными типами оружия были пропущены полицейскими патрулями, формально — чтобы не допустить открытия огня в регионе.

В результате многодневных боевых действий, ранено большое количество мирных граждан, а один человек погиб. Как правительство Абхазии, так и российские власти, требовали немедленного и безоговорочного вывода грузинских военных отрядов с территории ущелья.

“Шпионский” кризис

Наконец, наиболее очевидная и серьезная эскалация конфликта наблюдалась, когда, 27 сентября, грузинской полицией по обвинению в шпионаже были арестованы 4 российских офицера. Реакция Москвы на данный инцидент по-видимому превзошла все ожидания грузинского правительства: все сотрудники российских дипломатических представительств были отозваны из Грузии, а все российские военные части, представленные в регионе, были приведены в состояние максимальной боевой готовности. Риск военного столкновения оставался высоким в течение нескольких дней, но в конце концов угрозы со стороны России, а также проведение довольно убедительных учений — 136-ой мотострелковой бригады в Буйнакске (Дагестан) и военно-морских сил в Черном море недалеко от грузинского берега — заставили грузинское правительство занять более умеренную позицию.

Несмотря на почти немедленно последовавшее освобождение предполагаемых шпионов, Россия оставила закрытыми границы с Грузией, а также прервала все виды транспортных и почтовое сообщения с Грузией. Таким образом, Грузия была лишена денежных переводов от сограждан, находящихся на заработках в России, которые составляют 20% грузинского ВВП. [10]

Затем последовали депортация и репатриация сотен грузин, более или менее легально проживающих в России, закрытие многочисленных ресторанов, а также других видов коммерческих структур, принадлежащих гражданам Грузии, по причине различных нарушений законодательства. Даже те грузины, которые являются гражданами России , жаловались на то, что были многократно подвержены различным изнурительным проверкам и контролю. Имеются сведения, что у школьных администраций были запрошены списки учащихся с грузинскими фамилиями, с целью подвергнуть контролю их родителей. В России проживают приблизительно 1 миллион грузин, из которых 197.934 тыс. имеют российское гражданство, согласно переписи населения 2002г. Для многих из них наступают нелегкие времена. К сожалению, не придвидится лучшей доли для пролетариата всего региона, так как описанные проблемы отнюдь не решены, а, напротив, обостряются.

Нелегкое будущее для правительства Саакашвили

После коммерческих войн и жесткого ответа России на “шпионский” кризис, несмотря на внешнее недовольство е презрение, Тбилиси не лучшим образом перенес удары, нанесенные возрождающимся русским империализмом, выбрав себе не особо надежную опору в лице Запада. Для начала Саакашвили был вынужден осуществить определенные перестановки в правительстве, но, прежде всего, отказаться от своего давнего союзника и одного из своих самых влиятельных министров — Иракли Окруашвили. Согласно некоторым мнениям, теперь уже бывший министр обороны поплатился за свою ультра-националистскую риторику. В особенности его заявление о его желании “встретить новый 2007 год в Цхинвали”, столице Южной Осетии и его родном городе, сделало отношения между двумя странами еще более шероховатыми. После чего, его дальнейшее присутствие в правительстве вызвало бы недовольство ЕС и США, которые бы также предпочли его отставку. [11]

Далее на передний план выступают проблемы, связанные с газом. 2 ноября Газпром заявил о своем намерении поднять цены на экспортируемый в Грузию газ со 110 до 230 долларов за 1000 кубометров, то есть до уровня мировых цен. Это очень плохо скажется на экономике Грузии, снижение экономического роста составит от 1% до 3% от ВВП. [12]

В 2007 году эта проблема могла бы быть решена за счет азербайджанского газа из месторождения Шах-Дениз в Каспийском море, контролируемого англо-норвежским консорциумом BP-Statoil, через Южно-Кавказский газопровод (известный как Баку-Тбилиси-Эрзрум). Но указанный газопровод пока еще не действует, и, согласно существующим соглашениям, не покроет полностью потребности Грузии в газе.

Другая возможность, которую лелеял до недавнего времени официальный Тбилиси, это покупка газа у Ирана. Но американский посол Джон Теффт тут же поторопился “укоротить поводок”, разЬяснив, что США выступют решительно против возможности заключения долговременных коммерческих соглашений с такой “неблагонадежной” страной как Иран, уточняя, что имевший место факт покупки иранского газа был ограничен периодом острого энергитического кризиса, и не должен быть неверно истолкован. [13]

Между тем Газпром начал строительство газопровода между Россией и Южной Осетией. Данная инициатива, без сомнения, политическая, учитывая, что потребности региона, не имеющего никакой, или почти никакой, индустрии, не могут никоим образом оправдать затраченные инвестиции. Это может быть смело расценено как настоящая пощечина Тбилиси, который не был даже проинформирован о начале работ, как будто Россия уже рассматривает Южную Осетию своей территорией.

Рaсширение НАТО и возрождение российского могущества

Очевидно, что все стремления грузинского правительства направлены на то, чтобы освободиться от российского влияния, укрепить собственную территориальную целостность и, прежде всего, предложить свою территорию, как альтернативу для поставки нефти из Каспийского региона. Именно поэтому уже сразу после “Революции Роз” Саакашвили обозначил среди приоритетов в работе своего правительства вступление в ЕС и НАТО.

Первая цель кажется достаточно далекой, поскольку на текущий момент такая возможность исключена из программного документа ЕС “European Neighborhood Policy”, ратифицированного совсем недавно. [14]

Вопрос вступления в НАТО до сих пор открыт и очень сложен. Американский сенатор Ричард Лугар в своей речи на открытии саммита в Риге (Латвия), проводившегося 28-29 ноября, предложил модифицировать статью 5 (“атака против одного из членов есть атака против всех членов”) таким образом, что в случае повреждений систем энергосанбжения в результате боевых действий, НАТО должно реагировать обЬединенными усилиями и всеми доступными средствами. [15]

Атлантический Альянс также подтвердил еще раз что для вступления Грузии в НАТО “двери открыты” — более того, это соответствует фундаментальным принципам расширения на восток и сдерживания военной политики России — и выразил полную поддержку действиям Грузии, направленным на сохранение своей территориальной целостности. Тем не менее, вопреки ожиданиям официального Тбилиси, вступление Грузии в НАТО было отложено на неопределенный срок.

Саммит, проводившийся в непосредственной близости от границы с Россией, был расценен Кремлем как открытая провокация. Не случайно, что 3 ноября прошлого года, Россия организовала в Уральском регионе первые и беспрецидентные по масштабу совместные учения в рамках ШОС и ОДКБ, которые обЬединяют Россию, Китай, Узбекистан, Казахстан,Таджикистан, Киргизстан, Белоруссию и Армению. [16]

Много раз Кремль выражал невозможность своего согласия на вступление Грузии в НАТО. 24 сентября в своем заявлении агентству ИТАР-ТАСС министр иностранных дел России Лавров, комментируя “интенсивный диалог” между НАТО и Грузией, отметил, что вступление Грузии в нериформированный НАТО может серьезно навредить политическим, военным и экономическим интересам России, и негативно сказаться на и без того сложной ситуации на Кавказе.

Системы энергоснабжения

За всей этой напряженностью на Кавказе, скрывается борьба всеми средствами за контроль над енергетическими ресурсами. До сегодняшнего дня единственным путем подачи как для нефтяных потоков подконтрольных Баку, так и нефти из Тенгиза, был Каспийский нефтепровод (Caspian Pipeline Consortium), который гарантировал Росси почти полный контроль над энергоресурсами региона. Но после пуска нефтепровода Баку-Тбилиси-Джейхан 13 июля, нефтяные потоки могут подаваться, не пересекая российских границ. Параллельный Южно-Кавказский газопровод находится в фазе завершающих работ. [17]

Очевидна попытка, главным образом, Соединенных Штатов, используя нефтепровод Баку-Тбилиси-Джейхан лишить Россию безраздельного контроля над энергоресурсами Каспия. США не могут ни за что не могут отказаться от контроля над каспийской нефтью, что грозило бы значительными потерями в финансовой прибыли, а также потерей экономического равновесия. Грузия, в свою очередь, надеется заполучить газ по низкой цене, помимо дохода за трансфер нефти и газа через ее территорию, и даже претендует на стратегически важную роль в регионе, этакой цитадели запада в Азии.

Но Россию такая игра не устраивает: она не может отказаться от полного контроля над энергетическими потоками, который позволит противостоять внутренним проблемам, а также поможет вернуть былую империалистическую мощь. Напротив, она готова всеми средствами принудить Грузию уступить Газпрому часть своей национальной сети транскавказских газо- и нефтепроводов. [18]

Тяжелые тучи военной угрозы нависли над Кавказом. Ставки в игре огромны, и участвующие в ней силы готовы на все, чтобы выиграть. Больше всего тревожит тот факт, что как русский, так и грузинский пролетариат, до сих пор остается актером, который отсутствует на сцене, если только не появляется в роли жертвы. И если в скором будущем он не поднимет голову, то уже в который раз должен будет расплачиваться за интересы буржуазии и империалистов, которые совсем не совпадают с его собственными.