Введение

Текущий период

Развал СССР ознаменовал конец “холодной” войны, но отнюдь не крах империализма и отсутствие постоянной военной угрозы мирового масштаба.

Вынужденный отказ СССР от дальнейших столкновений с США в рамках империалистической борьбы и, следующий за этим его распад, были обусловлены двумя основными факторами, полностью связанными с функционированием капиталистической экономической системы. Во-первых, это глобальный кризис мировой экономики; c начала 70-х годов все страны мира, будь то государства, экономика которых была всецело контролируема государственными структурами (так называемые, страны “социалистического лагеря”), или страны “свободного мира” со “смешанной” экономикой, оказались в ситуации глубокого экономического застоя. Это означало, что мировая капиталистическая система достигла предела цикла накопления капитала. Одним из первых сигналов к этому была девальвация доллара США в 1971 году и сопутствующая отмена Бреттон-Вуддских соглашений — основы послевоенной мировой экономики. Таким образом Соединенные Штаты пытались заставить остальные страны мира оплатить ущерб от своего экономического кризиса.

Вторым фактором был застой экономической системы внутри СССР. Эта страна никогда не была страной “развитого социализма”, так как его истиные принципы здесь никогда не были реализованы, а в реальности существовала особая форма капитализма, в которой государственный аппарат играл роль классической буржуазии. Благодаря своей монополии на государственную власть КПСС стала новым правящим классом, где властьимущие передавали свои привилегии по наследству.

Кроме того, следует отметить относительную слабость СССР; застой экономики усугублялся увеличивающимся техническим отставанием советской экономики от США и других западных стран, и его неспособностью поддерживать мощь ВПК на прежнем уровне. Беспрецедентная гонка вооружений 70-80-х годов еще более подорвали советскую экономику. Попытки Горбачева прекратить гонку вооружений и реструктуризировать экономику столкнулись с агрессивным недовольством внутри правящего класса. У Горбачева не оставалось пространства для маневра, что усугублялось тем, что экономический кризис, с которым он пытался бороться, усиливался.

История последних лет подтверждает, таким образом, два момента:

1. Полный государственный контроль над экономикой не является социализмом. При социалистической экономике сами производители должны совместно решать, что именно производить, основываясь при этом на человеческих потребностях. Экономическое планирование, включая распределение рабочей силы в соответствии с приоритетами самого общества, должно быть вопросом рационального администрирования. В таком обществе не возникнет кризиса, подобного тому, что обрушился на СССР.
2. Никакие попытки капиталистического государства преодолеть или контролировать законы роста стоимости капитала, и еще меньше, неосуществимые фантазии о возможности их свободной интерпретации в условиях, так называемого, свободного рынка, не могут обеспечить капиталистической экономической системе выход из разросшегося до масштабов мирового кризиса.

Несмотря на все попытки управлять экономическим кризисом, несмотря на соглашения между странами Большой семерки и отсрочки выплат международных долгов, несмотря на микрипроцессорную революцию и многочисленные реструктуризации, проведенные государствами с обильным финансированием и социальными отчислениями, фундаментальные проблемы капитализма, связанные с процессом накопления капитала, усугубляются. Это обусловлено хроническим снижением прибавочной стоимости, заставляющим буржуазию искать новые пути для усиления эксплуатации пролетариата, как в буквальном так и переносном смысле.

Общая ситуация и перспективы рабочего класса

Давайте проанализируем сложившуюся ситуацию с точки зрения классовых отношений. Заметна существенная диспропорция между степенью тяжести проблем, вызванныx экономическим кризисом, и вытекающей отсюда угрозой империалистической войны с одной стороны, и низким уровнем реакции и мобилизации пролетариата с другой стороны. Реальное доминирование капитала над производством и его распределение подчинило себе все виды социальных и политических отношений; буржуазная идеология проникла в рабочий класс при помощи социал-демократических партий и профсоюзов; таким образом любая попытка пролетариата противостоять последствиям этого глобального кризиса душится еще в зародыше.

Массовые протесты и забастовки, имеющие место в последнее время, иногда даже затрагивающие целые отрасли национальной промышленности, не бывают продолжительными и не распространяются на другие производственные сектора, поскольку все попытки солидаризации и классового объединения нейтрализуются национализмом, идей постепенного улучшения положения вещей на каждом конкретном производстве, индивидуализмом. Фактически, это — формы капиталистической идеологии, которыми левая буржуазия исподволь отравляет сознание рабочих. Доминирование капитализма над рабочим классом при помощи профсоюзов и левых капиталистических партий является конкретным проявлением того, что Маркс назвал “перераспределением социальных отношений”. Каковым бы ни было их историческое происхождение, сегодня они являются неотъемлемым орудием буржуазии для подавления воли пролетариата. Но недостаточно просто признавать это как факт, нужно бороться с этими проявлениями как на политическом уровне, так и на уровне организации.

Несмотря на то, что капитализм достиг безусловных успехов в текущей классовой борьбе, его противоречия остаются существенными. Как марксисты мы знаем, что они не могут быть устранены никогда. Разрастание и конфликт этих противоречий не обязательно ведет к победе революции; в эру империализма глобальная война является для капитализма средством временного разрешения этих противоречий. Однако перед тем как это случится, остается вероятность того, что политическая и идеологическая власть буржуазии над рабочим классом будет ослаблена. Другими словами, возможны неожиданные вспышки массовой классовой борьбы, и борцы за революцию должны быть к этому готовы. Когда класс вновь возьмет инициативу в свои руки и начнет коллективно противостоять капиталистическим атакам, будут необходимы революционные политические организации, способные политически и организационно возглавить рабочий класс против сил левой буржуазии.

Каждый новый успешный всплеск борьбы станет подготовкой к революции только при условии, что при этом возникнет и укрепится революционная программа и организация внутри рабочего класса. Это демонстрирует весь исторический опыт рабочего класса.

Русская революция 1905-го года была подготовкой к 1917-му году в том смысле, что в ранних классовых битвах выкристаллизировалась революционная программа, приведшая к успеху в 1917-ом году. Конечно, сегодня не существует гарантий, что будет подобный эпизод классовой борьбы, когда будет иметь место всеобщее восстание, которое, невзирая на поражение, все же сумеет сплотить революционные силы. Однако понятно, что если подобное массовое движение будет иметь место, никакое даже самое тяжелое поражение не сможет повлиять на общие исторические перспективы пролетарского движения.. При этом чрезвычайно важными являются революционные идеи, воплощенные в те или иные политические и организационные формы внутри рабочего класса. Задачей пролетарской политической организации является напоминание рабочему классу уроков своего собственного опыта, которые могут стать реальной опорой и движущей силой революционной борьбы.

Международное Бюро Революционной Партии

Международное Бюро было организовано в 1983-м году в результате совместной инициативы Коммунистической Интернационалистической Партии (КИП) Италии и Коммунистической Рабочей Организации (КРО) Британии.

Для этой инициативы были две основные причины.

Первой было придание организационной формы уже существующей тенденции внутри пролетарского политического лагеря.

Это выявилось на международных конференциях, созванных КИП в 1977-1981 гг. Основой объединения на последней из этих конференций были следующие семь пунктов, за которые КИП и КРО проголосовали на Третьей Конференции:

• Признание Октябрьской революции пролетарской;
• Признание окончательного разрыва с социал-демократическими идеями, выраженными на Первом и Втором Конгрессах Коммунистического Интернационала;
• Безоговорочный отказ от госкапитализма и самоуправления;
• Отказ от любой политики, направленной на сближение пролетариата с национальной буржуазией;
• Признание существующих социалистических и коммунистических партий буржуазными
• Ориентация революционных организаций на признание марксистской доктрины и методологии в качестве научной основы пролетарского движения
• Признание международных собраний как один из аспектов дискуссионной деятельности между революционными группами для координации их активной политической интервенции внутри класса, с целью активного содействия процессу руководства международной пролетарской партией — неотъемлемого органа политического руководства революционного классового движения и пролетарской власти как таковой.

Второй причиной было фокусирование внимания отдельных организаций, действующих на международной арене на том, что углубляющийся кризис капитализма требует надлежащей и своевременной политической реакции. Первое десятилетие существования Бюро было временем массового оживления классовой борьбы. В противоположность этому, как уже говорилось, ответ пролетариата на усиливающиеся атаки со стороны капитала имел преимущественно отраслевой характер, даже если и был решительным (как забастовка Британских шахтеров в 1984-85 гг. или продолжающаяся забастовка испанских докеров), и в результате заканчивался поражением. Таким образом, международный капитал получал пространство для маневра, с помощью которого ему удавалось реструктуризироваться за счет средств к существованию миллионов рабочих, увеличению мероприятий по экономии, ухудшению условий труда и продажи рабочей силы. В этом контексте не является удивительным относительно небольшое число новых людей, пришедших в пролетарское движение в восьмидесятые годы. Многие, из тех, которые все же пришли, позже исчезли, подавленные политической изоляцией, в которой мы находимся и по сей день. Тем не менее, несмотря на неблагоприятную объективную ситуацию и ограниченность собственных сил, организационная деятельность бюро консолидировалa своих членов и обусловилa существование англоязычного рупора “Международный Коммунист” (“Internationalist Communist”), ранее “Коммунистическое Ревю” (“Communist Review”) как “основной инструмент политической и теоретической конфронтации”. Кроме того, стало возможным распределение обязанностей для мировой координации и, по возможности, организация международных встреч и дискуссий с политическими организациями, с которыми мы находимся в контакте. МБРП за последние годы издало несколько международных заявлений на разных языках и распространило их. Сейчас мы можем сказать, что Бюро существует как политическая сила внутри пролетарского лагеря. Коротко это может быть определено как:

• объединение тех, кто стоит за независимость рабочего класса от капитала, кто не имеет никаких иллюзий относительно национализма в любой его форме, кто не видит ничего общего между социализмом, сталинизмом и бывшим СССР;
• признает в то же время, что Октябрь 1917-го года был стартовой точкой, c которой могла развиться революция во всей Европе.

Среди организаций, которые подпадают под это определение остаются существенные политические разногласия, немаловажным из которых является спорный вопрос о природе и функциях революционной организации. Позиции МБРП являются следующими:

1. Пролетарская революция будет международной или она ни к чему не приведет.
   Международная революция предполагает существование международной партии — конкретного выражения политической позиции наиболее сознательных рабочих, которые объединились для победы революционной программы в интересах рабочего класса. История показывает, что попытки сформировать такую партию во время революции являются слишком недостаточными и запоздалыми.
2. Таким образом, МБРП ставит своей целью создание мировой коммунистической партии, как только будет выработана политическая программа и готовы международные силы. Однако Бюро существует для партии, но не претендует на то, чтобы быть единственным предварительным ядром. Будущая партия не будет экспансией одной организации.
3. Перед тем, как может быть сформирована революционная партия, все аспекты революционной программы должны быть уточнены при помощи дискуссий и дебатов между потенциальными составными частями партии.
4. Организации, которые потенциально могут сформировать революционную партию, должны уже сейчас вести значимую деятельность внутри рабочего класса на территориях, где они расположены. Провозглашение международной партии (или его инициативного ядра) на основе не более чем пропагандистских групп не будет шагом вперед в развитии революционного движения.
5. Революционная организация должна стремиться стать чем-то большим, чем просто пропагандистская сеть. Несмотря на ограниченные возможности, сегодня задачей пролетарской организации является самоорганизация в революционную силу внутри рабочего класса, чтобы иметь возможность уже сейчас возглавить классовую борьбу как предвестник организованного руководства завтрашних революционных битв.
6. Уроком последней революционной борьбы является нe то, что рабочий класс может бороться без организованного авангарда, и нe то, что партия — это и есть класс (метафизическая абстракция поздних бордигистов). Но то, что это руководство и его организационная форма (партия) является наиболее мощным оружием революционного рабочего класса. Его задачей является борьба за коммунистическую перспективу пролетарской власти (советов). Партия, однако, остается меньшинством рабочего класса и не является заменой класса в целом. Задача построения социализма является задачей всего рабочего класса. Это задача, которая не может быть никому делегирована, даже сознательному авангарду.

Платформа Международного Бюро Революционной Партии

Капитализм

Как и в каждом классовом обществе, капиталистический способ производства подразумевает противоречия между производительными силами и производственными отношениями. При капитализме рабочая сила существует как товар, который продается его владельцами (пролетариат) за эквивалент заработной платы, необходимой для поддержания существования и возможности репродуцирования рабочей силы как таковой. В классовой терминологии это определяется как противоречие между буржуазией (теми, кто владеет и контролирует средства производства) и пролетариатом (теми, кто расходует свою рабочую силу на этих средствах производства). Труд является источником любой прибыли. Только рабочая сила способна превратить сырье в товары. Все товары имеют как потребительскую стоимость, так и рыночную стоимость. Капиталисты заинтересованы исключительно в разнице, которая является их чистой прибылью. Капиталистическая рыночная цена, представленная прибавочной стоимостью, выработанной рабочей силой пролетариата, является источником прибыли при капитализме. Попытки капитала получить все большую и большую прибавочную стоимость из рабочей силы являются основой классовой борьбы между буржуазией и пролетариатом, между капитализмом и рабочим классом. Все это не менее верно сегодня, в так называемом постиндустриальном обществе, когда капиталистические ораторы говорят нам, что рабочий класс исчез, когда новое поколение капиталистических экономистов последнего столетия отрицает, что рабочая сила является источником капитала. Фундаментальные классовые противоречия остаются независимо от технологических изменений, имеющих место при капитализме.

Различные формы капитализма

Противоречие между трудовым сообществом и сообществом собственников средств производства, независимо от конкретной юридической формы, постоянно растет. Государственная собственность на наиболее важные средства производства не меняет свой капиталистический характер — так же, как собственность финансового капитала в империалистическую эпоху. Преобладание национальных и мультинациональных монополий в форме акционерных кoмпаний (действующиx как “общественный” капитал) отнюдь не означает конец базисных противоречий капитализма, но, напротив, обостряет и расширяет их в международном направлении. Энгельс осознавал это много лет назад, когда объяснял, что:

… трансформация, будь то в акционерные кампании (и трасты), или в государственную собственность, не отменяет капиталистического характера производительных сил. В акционерных кампаниях (и трастах) это очевидно. И современное государство, опять-таки, является только организацией, необходимой буржуазному обществу для поддержки общих условий капиталистического способа производства против влияния, как рабочих, так и отдельных капиталистов. Современное государство, неважно, в какой из форм, по существу является капиталистической машиной, государством капиталистов, идеальной персонификацией всего национального капитала. Все больше доходов оно получает от контроля над производительными силами, все более оно становится национально-капиталистическим, все большее количество граждан оно эксплуатирует. Трудящиеся остаются наемными рабочими — пролетариями. Капиталистические отношения никуда не исчезают.

Анти-Дюринг

Таким образом, те страны, которые еще не так давно назывались социалистическими, на самом деле были ничем иным, как частным случаем государственного капитализма: государство непосредственно контролировало материальные средства производства и сохраняло монополию на рынок. Печальный конец СССР только подтвердил этот анализ, осуществленный левыми коммунистами (и базировавшийся на критике политэкономии, на марксизме) во время долгих лет, отделивших Октябрьскую революцию от развала советского блока. Трагическая идентификация государственной собственности с социализмом привела к концу так называемое советское общество, вернув его к организационным и юридическим образцам классического (т. наз. западного) капитализма.

Империализм

Бывший СССР и его союзники входили в состав империалистического блока. Развал этого блока открыл новый этап истории мирового капитализма, но и этот этап является частью истории капиталистического империализма. 1-я мировая война, результат конкуренции между капиталистическими государствами, обозначила решительный поворотный момент капиталистического развития. Она показала, что процесс концентрации и централизации капитала достиг таких пропорций, что впредь циклические кризисы — неотъемлемая часть процесса накопления капитала, будут глобальными кризисами, решить которые можно будет только при помощи мировой войны. Коротко говоря, это подтвердило, что капитализм вошел в новую историческую эпоху — эпоху империализма, когда каждое государство является частью глобальной капиталистической экономики и больше не может руководствоваться старыми законами управления экономикой. Исходя из этого, империализм — не просто политика более сильных капиталистических государств, направленная против более слабых, это неотвратимый процесс, при котором финансовые и промышленные щупальца высоко развитых капиталистических центров поглощают прибавочную стоимость периферийных областей. Этот процесс не признает государственных границ и не знает национальной приверженности со стороны местной буржуазии периферийных областей. Эти последние являются частью международного капиталистического класса и уже являются вовлеченными в махинации международного финансового капитала, как и буржуазия традиционных капиталистических метрополий.

Начало империалистической эпохи капитализма с ее неизбежными циклами — глобальная война-реконструкция-кризис — также дало возможность поставить на историческую повестку дня вопрос о более высокой форме цивилизации (коммунизме). Это было драматически подтверждено в Октябре 1917-го года, когда российский пролетариат захватил власть во время европейской и общемировой революционной волны, которая явилась результатом кровопролитной и разрушительной 1-ой мировой войны. Однако опыт этого периода не менее драматично подтвердил банкротство большинства старых партий Второго Интернационала, которые не только примирились с взаимной резней пролетариата, когда поддержали “свои” национальные государства в империалистической войне, но также делали все возможное для того, чтобы подавить революция во имя социализма во время повстанческих выступлений во время войны. Таким образом, сейчас мы можем увидеть четкие различия между пролетарскими политическими организациями предоктябрьского периода и периода после Октября. Во время роста и консолидации капитализма как доминантного способа производства буржуазно-националистическое движение явилось краеугольным камнем мобилизации масс европейского пролетариата, который, в свою очередь, способствовал формированию массовых профсоюзов и партийных организаций. Внутри этих органов рабочий класс был способен выразить собственную классовую тождественность путем выдвижения собственных требований, хотя и в рамках существующих буржуазных социальных и политических отношений. В то же время революционные теории Маркса и Энгельса достигли признания и стали формирующей частью пролетарской политической жизни, даже несмотря на то, что основные социал-демократические силы действовали вовсе не в свете теории марксизма. Революция, описанная Марксом, оставалась далекой целью, которая будет достигнута когда-нибудь в будущем при помощи не определенных до конца мер. Социализм остается “светлым будущим”, за которое теоретически надо бороться, но на практике стратегической целью является не захват власти, а усиление парламентского влияния, восьмичасовый рабочий день, свобода организаций и т.д.

Для движения рабочего класса значительным поворотным пунктом был 1914-й год, когда социал-демократия идентифицировала себя с империализмом. Это повлекло за собой разрыв коммунистов с разнообразными реформистскими силами Второго Интернационала (1889-1914), доминировавшими в массовом движении. Образование Третьего Интернационала, провозглашение начала эпохи мировой пролетарской революции означало победу принципов марксизма. С этого момента коммунистическая деятельность имела своей целью исключительно свержение капиталистического государства для создания условий построения нового общества.

Революция и контрреволюция

Поражениe европейской революционной волны и природа контрреволюции в России создала проблемы для сторонников революции в попытках осознания сложившейся ситуации. Контрреволюционный процесс отразился внутри Третьего Интернационала в попытке защитить Российское государство и коммунистические партии других стран, используя социал-демократическиe тактику и стратегию. Этот процесс дегенерации был продолжен в тридцатые годы Троцким и его сторонниками политикой энтризма в социал-демократические и лейбористские партии (так называемый “французский поворот”).

Этот факт и поддержка троцкизмом империалистических амбиций СССР не позволила троцкизму стать потенциальным революционным течением. Это позволило остальным извлечь соответствующие уроки. Несмотря на просоветскую позицию сталинистских коммунистических партий и пагубный отход от большевистского опыта в сторону государственного капитализма, уроки, извлеченные левыми коммунистами из империалистической и госкапиталистической природы советского государства, позволили сохранить основные принципы коммунистической программы. Это означает, что даже во время второй империалистической войны могла действовать независимая партия рабочего класса. (Интернационалистическая Коммунистическая Партия было организована в Италии в 1943-ем году).

Опыт контрреволюции в России также обязывает революционеров к углублению своего понимания проблем отношений между государством, партией и классом. Необходимо отметить роль бывшей революционной партии в русской контрреволюции, которая заставила многих потенциальных революционеров отказаться от идеи классовой партии, но вопрос этот отнюдь не является простым. Классовая партия является необходимой для пролетарской революционной борьбы по многим причинам, прежде всего потому, что она является политическим выражением классового самосознания. Она состоит из наиболее передовой части рабочего класса, объединившейся для защиты интересов всего пролетариата.

По определению революционная партия всегда будет меньшинством пролетариата, а коммунистическая программа, которую она отстаивает, может быть выполнена только всем рабочим классом. Во время революции целью партии будет взятие политического руководства путем выдвижения своей программы с помощью массовых органов рабочего класса.

Pеволюционная сознательность немыслима вне партии, но российский опыт со всей очевидностью показывает, что даже наиболее сознательная партия не может поддержать революцию в изоляции от советов (или подобных массовых органов рабочего класса). Советы являются выражением политической власти рабочего класса и их отход от политической жизни России символизировал начало превращения новообразованного советского государства в капиталистическое контрреволюционное. Власть, оставшаяся в руках большевистских комиссаров, оказавшихся изолированными от обессиленного и подвергавшегося репрессиям рабочего класса, была властью капиталистического государства.

В будущей мировой революции международная партия должна поставить своей целью возглавить классовое движение исключительно через массовые органы, создание которых она должна инициировать. Однако никаких формальных гарантий победы не существует. Ни партия, ни советы сами по себе не могут надежно предотвратить контрреволюцию. Гарантией победы может служить только классовое самосознание рабочих масс как таковых.

Революционная партия

Партия класса (или политическая организация, которая ей предшествует) состоит из наиболее сознательной части пролетариата, который организовался для защиты интересов всего рабочего класса. Использование марксистского метода дает возможность извлечь уроки из исторического опыта с целью разработки программы и соответствующей стратегии и тактики. Мировая партия в будущем будет иметь целью вывести массы из-под реакционного влияния различных контрреволюционных и националистических тенденций, которые до сих пор имеют влияние на рабочий класс. Когда рабочие массы под влиянием материальных противоречий глобального кризиса капитализма вновь выйдут на историческую сцену для решительной борьбы против своих эксплуататоров, партия должна найти возможности для решения этой принципиальной задачи. Это будет означать получение политического руководства борьбы с целью возглавить революционное свержение капиталистического государства.

Таким образом, революция будет успешной только при условии, что революционная организация — коммунистическая партия, стоящая во главе класса, будет соответствующим образом развита и подготовлена для своего фронтального наступления против политических противников революционной программы. Поэтому мы отвергаем схемы, при которых создание партии откладывается до самого момента революции как таковой или которые ограничивают задачи партии пропагандой революции.

Несмотря на ограниченность возможностей, на пролетарских политических силах в настоящий момент лежит ответственность за организацию влияния на массы. На протяжении всей империалистической эры буржуазная доминация в обществе была весьма существенной, так как касалась всех аспектов жизни. Наряду с наиболее экстремальной формой концентрации средств производства в руках империалистического финансового капитала, политическая и идеологическая доминация буржуазии также не имела себе равных. Вот что писал Маркс более века назад, и что остается верным и сегодня:

Идеи правящего класса в любом случае остаются руководящими идеями, т.е. класс, являющийся доминантной материальной силой в обществе является в то же время и ведущей интеллектуальной силой. Класс, который владеет средствами материального производства, в то же время контролирует и ментальные средства, вследствие чего напрашивается вывод: те, кто не имеют средств ментального производства, в общем, в конечном счете, зависят от них. Доминантные идеи являются ничем иным, как идеальным выражением доминантных материальных отношений, представленных в виде идей, и, в связи с этим, отношений, которые делают один из классов правящим, а его идеи, соответственно, доминантными.

Немецкая Идеология

При условии общественного покоя на империалистических просторах буржуазная доминация наиболее развита, что означает, что пролетариат полностью подчинен буржуазной идеологии и буржуазным организациям. Это, в свою очередь, привело к заметному разделению между пролетариатом в целом и политическим выражением его исторической борьбы — коммунистической партии. Период экономического и социального кризиса может привести к разрушению идеологической и политической власти буржуазии. До этих пор революционная программа и политическая организация, представляющая эту программу, будет существовать при условии принудительной изоляции от класса. Эта изоляция, которую невозможно преодолеть обычным выражением воли или простыми организационными мерами.

Тем не менее, цикл накопления, который начался после 2-й мировой войны, подходит к концу. Послевоенный бум проделал долгий путь до нынешнего глобального экономического кризиса. Вновь вопрос об империалистической войне или пролетарской революции встает на историческую повестку дня и понуждает революционеров всего мира сплотить ряды. В эпоху глобальной монополии капитализма никакая страна не может избежать влияния тех сил, которые ведут капитализм к войне. Неотвратимое движение капитализма к войне сегодня выражено в разнообразных атаках на условия труда и жизни пролетариата. Поэтому существуют материальные условия для международной пролетарской борьбы. Следовательно, также существует возможность и необходимость коммунистической революции. На данный момент не существует лишь революционной партии для подготовки этой борьбы.

Основные принципы организации

1. Историческая эпоха, при которой движения за национальное освобождение были прогрессивными, закончилась первой империалистической войной в 1914-ом году. Глобальный характер капитализма в империалистическую эпоху означает, что значительное разнообразие социальных формаций в мире вовсе не приводит к многообразию способов производства. Поэтому для пролетариата нет необходимости вырабатывать различные стратегии революционных действий в различных частях мира. Уже в работах Маркса содержатся разграничения между способом производства и социальными формациями, более или менее соответствующими ему. Исторический опыт классового общества подтверждает, что при капиталистическом способе производства могут существовать различные социальные формации — продукт различного исторического развития. Тем не менее, все они поддерживаются империализмом, который использует национальные, этнические и культурные различия в своих интересах. Различия в социальном укладе и традициях могут использоваться буржуазией для политической доминации. При этом понятно, что в каждом конкретном случае реальная власть остается той же — капиталистической. Любые идеи о том, что национальный вопрос до сих пор остается открытым в некоторых регионах мира и, следовательно, пролетариат может подчинить свою революционную стратегию и тактику интересам альянса с национальной буржуазией (или, хуже того, с одной из противоборствующих империалистических сторон), должны быть полностью отвергнуты. Только объединение пролетариата для защиты собственных классовых интересов может стать основой борьбы против всех видов национального угнетения, защитой от идеологии расового или культурного сепаратизма.
2. Универсальная природа капиталистической доминации требует универсальной революционной стратегии. Пролетарская революция и введение диктатуры пролетариата являются базовыми принципами коммунистической партии в каждой стране. Различия в конкретных ситуацияx или, точнее, различия в социальных и политических формах буржуазной доминации в мире требуют различных тактических подходов. Тем не менее, тактика пролетарской международной организации всегда будет основываться на универсальной революционной программе. Эпоха демократической борьбы закончилась много лет назад и не может быть повторена при современном империалистическом строе. Несмотря на то, что общедемократические требования могут быть частью революционной агитации, целью тактики коммунистической партии является свержение государства и введение диктатуры пролетариата. Коммунисты не имеют иллюзий о том, что свобода рабочих может быть достигнута путем достижения большинства на парламентских выборах, в первую очередь иллюзий “парламентского кретинизма” (Маркс) — вера в то, что правящий класс будет мирно смотреть на то, как мы вводим социализм. Парламентская демократия — не более чем фиговый лист диктатуры буржуазии. Реальные органы власти демократического капиталистического государства находятся не в парламенте, это — государственная бюрократия, ее тайная полиция и те, кто контролируют средства производства. Парламент полезен для буржуазии, поскольку дает иллюзию, что рабочие выбирают, кто их будет эксплуатировать. Революционеры как таковые выступают против парламентских выборов путем призыва к рабочим бороться на своей классовой территории. Задачей революционной партии является убеждение рабочих, что только путем уничтожения капитализма и его государственных органов возможно достижение полной свободы рабочего класса.
3. Профсоюзы возникли как посредник в вопросе о стоимости рабочей силы. Таким образом, профсоюзы являются посредником между трудом и капиталом. Они не являются и никогда не были полезным инструментом, который можно использовать для свержения капитализма. В империалистическую эру профсоюзы, ввиду своего социального состава, являются организацией по защите капитализма, особенно в критические моменты, когда капитализм находится под угрозой. Из этого следует, что для революционера невозможно пытаться завоевать власть в профсоюзах или превратить их в революционный орган. Пролетарская революция всегда должна вести борьбу с профсоюзами, поскольку они являются бастионом контрреволюции.
   Опыт последней революционной волны и последовавшей за ней контрреволюции делает для революционных марксистов совершенно понятным, что профсоюзы не являются и не могут быть органом массовой борьбы, в котором политическое меньшинство класса (партия) работает для изложения своей программы и лозунгов для рабочего класса в целом. Подобные массовые органы, которые классическая коммунистическая теория понимает как органы и борьбы, и власти, появляются в ситуациях усиливающейся классовой борьбы. Исторически они появлялись в форме коммун или советов. Как коммунисты могут достичь политического лидерства только при определенных ситуациях, так и массовые органы рабочего класса, которые развиваются, и появляется возможность коммунистического руководства ими, могут появляться только при условиях усиления классовой борьбы.
   Однако при отсутствии подобной ситуации партия должна развивать возможности политического руководства наиболее передовой части пролетариата. Постоянной обязанностью коммунистов является участие в рабочей борьбе, стимуляция ее и содействие продвижению вперед. Возможность благоприятного развития и расширения борьбы против капитала зависит от активного присутствия коммунистов на рабочих местах. Задачей коммунистической организации является нахождение средств для организации наиболее сознательных рабочих на рабочих местах не для профсоюзной деятельности, но для создания прямых контактов между партией и широкими массами рабочего класса.
4. Революционный процесс, который начался с победы Октября в России, закончился, когда российское государство перешло к защите своих экономических капиталистических основ. Это было результатом изоляции Советской России и поражением волны пролетарской борьбы в основных европейских странах. Этот опыт раз и навсегда показал марксистам, что социализм в отдельно взятой стране невозможен. Ни социализм, ни революционное государство не может существовать вне реального международного революционного процесса. Это не значит, что если пролетарское восстание достигло успеха в отдельной стране, то там невозможна реальная пролетарская власть. Это значит, однако, что, если революционное движение в каком-либо другом месте не будет успешным и не даст конкретную возможность построения новых социальных отношений, будет невозможным удержать эту власть.
5. Во второй половине двадцатых годов российская партия полностью контролировала Коммунистический Интернационал, и он перестал быть централизованным орудием для стратегических и тактических нужд международного рабочего класса. Революционный потенциал Европы и Китая был брошен на произвол судьбы из-за политики Коминтерна, превратившейся в государственный орган для защиты интересов КПСС. В СССР окончание революционного процесса привело к укреплению антирабочей диктатуры Сталина, базировавшейся на капиталистических социальных отношениях. Развитие подобного режима в такой большой стране, как СССР означало появление империалистической державы. Таковым был характер сталинистского государства и различных национал-коммунистических партий сначала во время испанской войны, а затем и во второй мировой войне. В результате второй мировой войны государства Восточной Европы оказались под контролем советского империализма и приняли сталинистскую государственно-капиталистическую модель. Поражение перестройки и коллапс этого блока не означали, что “рабочие государства” наконец завершили процесс дегенерации, но констатировали степень капиталистического кризиса в слабейшей “супердержаве”.
6. В Китае иной процесс привел к тому же результату: даже сейчас государственно-капиталистический режим ищет свое “истинное” место в системе международного альянса с империализмом. Существенным отличием в китайской истории было то, что там никогда не было пролетарской революции, подобной Октябрю 1917-го года в России. История современного китайского режима начинается с трагического поражения пролетарского движения в Кантоне и Шанхае в 1927-ом году. Это было вызвано национальной войной, организованной в блоке между классами, где крестьянство составляло ударные войска. Это закончилось с организацией режима под покровительством сталинистов и базировавшегося на той же форме сверхцентрализованных государственно-капиталистических отношений. Этот режим, вышедший из-под советской сферы влияния под знаменами неосталинизма в шестидесятых годах, повернул в сторону США в семидесятых. Это кажущееся противоречие вызвано попытками сохранить контроль над экономикой и стимулировать накопление капитала. Китай никогда не был пролетарским государством, а идеология маоизма — ничем иным, как средством принуждения масс, в ущерб их интересам, аккумулировать национальный капитал.
7. Вышеприведенные пункты показывают, что сейчас настало время для активной работы по построению международной революционной партии. Задача противостояния пролетариата попыткам подчинения силам реакции и войны должна быть решена как можно более эффективно, невзирая на недостаток революционных сил. Эта задача требует организации и централизации революционеров на международном уровне. Процесс перехода от сегодняшней фрагментарной борьбы революционных сил в различных частях мира к завтрашним политическим битвам международной революционной партии требует максимальных усилий коммунистов для достижения политической гомогенизации и организации новых кадров.
   Образование интернациональной пролетарской партии произойдет через слияние различных “национальных” организаций, которые будут работать вместе для революции на основе единой платформы и программы. Международное Бюро Революционной Партии ставит себе целью быть ядром координации и унификации этих организаций. Их уставы предоставят основу для гомогенизации, которая может привести к объединению отдельных организаций в единую международную структуру. На этом Бюро будет считать свою задачу выполненной.